ENG

23 – 29 января. Украина-Донбасс: урегулирование конфликта

Еженедельный аналитический мониторинг

Возвращение в повестку конфликта дискуссии о государственном языке на Украине, «ползучее наступление» ВСУ в нейтральной зоне, сообщения о провале прошлогоднего соглашения о разведении сил и средств в Донбассе, расширение Украиной пространства конфронтации с Россией, назначение нового главы МИД Германии, а также первые официальные телефонные переговоры Дональда Трампа с тремя лидерами «нормандской четверки» определяли повестку урегулирования конфликта между Украиной и Донбассом на минувшей неделе.

На конец января стороны не планировали никаких публичных мероприятий. Основная часть консультаций сейчас проходит в закрытом режиме между специальными помощниками лидеров «нормандской четверки» и касается разработки «дорожной карты» по имплементации Минских соглашений.

Очередное заседание Трехсторонней контактной группы в Минске запланировано на 1 февраля.

Одним из событий недели, которое может оказать негативное влияние на дальнейшее развитие конфликта, стало обсуждение на Украине внесенного депутатами от разных фракций закона о государственном языке. В случае принятия законопроекта Киев сделает еще один шаг в сторону радикальной украинизации. Инициатива депутатов уже вызвала негативную реакцию не только в республиках, но и среди большей части лидеров общественного мнения на Украине. Законопроект ставит в неудобное положение президента Порошенко, которому теперь придется на практике доказывать, что украинское руководство не желает эскалации конфликта, и либо блокировать инициативу, либо добиваться компромиссного варианта, который снимет опасения России и Запада. В любом случае, появление законопроекта – серьезный сигнал для Донбасса, что в Киеве не готовы к учету его интересов.

Ситуация с безопасностью в зоне конфликта продолжает деградировать. В нейтральной полосе на линии разграничения не ослабевает наступление украинской армии, которая в некоторых местах вплотную приблизилась к позициям ополченцев. В ситуации фактического провала соглашения о разведении сил и средств в Донбассе от 21 сентября 2016 года у сторон остается все меньше сдержек от сползания обратно в полноценный военный конфликт.

Украинские дипломаты и политики внутри страны создают новые поводы для конфликтов с Россией, чтобы сформировать как можно более негативный фон для будущих переговоров Москвы и Вашингтона. Киев понимает крайнюю уязвимость своей позиции, поскольку не представляет для новой администрации Трампа ценного актива, которым невозможно пожертвовать ради нормализации отношений с Кремлем. Поэтому украинская сторона делает все возможное, чтобы сделка между Путиным и Трампом, в которой может быть решена судьба Украины, стала для Соединенных Штатов неприемлемой по политическим, имиджевым и моральным соображениям.

В то время как смена министра иностранных дел Германии не обещает перемен во внешнеполитической линии Берлина, к кадровым назначениям в Госдепартаменте после официального ухода Виктории Нуланд и в аппарате Совета по национальной безопасности сохраняется пристальное внимание среди всех участников мирного процесса. Неопределенность в отношении конкретных шагов Вашингтона при новой администрации остается весомым фактором, сковывающим действия переговорщиков.

Первые официальные телефонные переговоры Трампа с Меркель, Путиным и Олландом не сняли эту неопределенность. Пока их главным результатом стала констатация намечающихся глубоких разногласий между США, с одной стороны, и Францией и Германией, с другой, относительно условий нормализации отношений с Россией. В Вашингтоне готовы, судя по всему, рассматривать смягчение санкций в отвязке от Минских соглашений, чтобы нормализовать отношения с Кремлем. Берлин и Париж настаивают на следовании прежнему курсу и на продолжении коллективного давления на Москву.

 

Процесс урегулирования

Отсутствие прогресса на переговорах помощников является главным препятствием для организации встречи глав МИД «нормандской четверки». Ранее лидеры России, Германии, Франции и Украины договорились об активизации работы по «карте» и о проведении серии мероприятий в «нормандском формате» в 2017 году. Министры должны рассмотреть предложенный им драфт единой «дорожной карты» и передать его для окончательного согласование на саммите «четверки». 24 января министр иностранных дел Украины Павел Климкин вкратце обрисовал текущие противоречия на переговорах. Между Киевом и Москвой сохраняются разногласия относительно понимания последовательности в выполнении «базового блока условий безопасности» и политических договоренностей. Кроме того, нет единого мнения относительно участия украинских политических партий и СМИ в местных выборах в Донбассе. Климкин поспешил возложить ответственность на Россию за неконструктивный подход и подчеркнул, что, пока не будут намечены пути преодоления спорных моментов, встреча глав МИД «нормандской четверки» не состоится.

Следует констатировать, что между Россией и Украиной на данный момент отсутствует даже приблизительное понимание того, каким образом преодолеть текущие разногласия, чтобы и стороны конфликта (Киев и республики), и гаранты выполнения минских соглашений расценивали компромисс не как свое поражение. В результате украинское и российское руководство апеллируют к международным посредникам, подчеркивая тем самым незаинтересованность в результате переговоров противоположной стороны. 23 января Москва призвала Германию и Францию оказать давление на Украину, чтобы Киев приступил к выполнению политических договоренностей так, как это записано в Минских соглашениях. В ответ 24 января во время визита в Финляндию президент Порошенко попросил президента Саули Ниинистё оказать давление на Россию с целью «освобождения заложников». 26 января Министерство иностранных дел Украины призвало Германию и Францию, а также других международных партнеров «усилить давление на Россию с требованием выполнить Минские договоренности». Российский МИД квалифицировал слова Порошенко как «неподобающие» и свидетельствующие о попытке президента Украины «увильнуть от своих обязательств». Напомним, ранее Порошенко заявил об отказе Киева проводить политические реформы, оговоренные в минском Комплексе мер, до восстановления полного контроля ВСУ над границей с Россией. 25 января министр иностранных дел Сергей Лавров ужесточил риторику в отношении Киева. Он прямо обвинил украинские власти в недоговороспособности и в заинтересованности продолжать позиционную войну в Донбассе, оправдывая тем самым свой отказ выполнять политические обязательства. Министр повторил позицию России, в соответствии с которой добиться выполнения Минских соглашений «невозможно без прямого диалога Киева с Донецком и Луганском, как это и закреплено в резолюции СБ ООН 2202». Обвинения украинского руководства со стороны Москвы имеют значение и в свете будущих контактов Киева и Вашингтона. Накануне этих переговоров Россия намерена предъявить своим будущим американским партнерам доказательства того, что именно на украинскую сторону следует возложить основное бремя ответственности за тупик в мирном процессе и что новой администрации следует оказывать давление на Киев, а не на Москву, если она захочет добиться мира в Донбассе.

26 января Контактная группа собралась в режиме видеоконференции. В повестке переговоров были вопросы функционирования инфраструктуры в Донбассе, обмен пленными и ситуация с безопасностью. Проблемы политического урегулирования остались за скобками прошедших консультаций.

В качестве главной темы представители республик предложили ситуацию в районе Донецкой фильтровальной станции (ДФС). Станция находится в нейтральной полосе и обеспечивает водой Авдеевку, частично Донецк, Ясиноватую и другие населенные пункты. Ее абонентами являются более 400 тысяч человек как в ДНР, так и на украинских территориях. Постоянные нарушения соглашения о прекращении огня, а также наличие в двухстах метрах от станции наблюдательного поста украинской армии создают серьезные риски для прекращения снабжения водой мирного населения. В случае утечки хлора в результате попадания снарядов в станцию региону грозит экологическая катастрофа. Переговорщики ДНР выступили с инициативой поддержать ранее подписанный документ, запрещающий присутствие вооруженных формирований в радиусе 1,5 километров от ДФС. Однако, по заявлению представителей республик, украинская сторона уклонилась от этой инициативы и от самого документа. Вместо этого участники переговоров договорились продолжить обсуждение этого вопроса на ближайшей встрече подгруппы по безопасности в Минске.

Гуманитарная подгруппа обсуждала вопрос обмена пленными. До сих пор Киев не направлял республикам официальных предложений по обмену. В ходе видеоконференции украинская сторона дала обещание 27 января представить свой актуальный список. Также украинские переговорщики вынуждены были подтвердить готовность обсудить списки пленных на следующей встрече Контактной группы в Минске. 29 января представитель Украины Ирина Геращенко признала, что процесс обмена заложниками заблокирован с сентября, однако, как обычно, ответственность за это возложила на республики.

В сфере безопасности украинская сторона в очередной раз подняла вопрос о возвращении к установленной Меморандумом от 19 сентября 2014 года линии разграничения. В частности, в соответствии с ней Дебальцево должно вернуться под контроль ВСУ. Украинские переговорщики косвенно дают понять, что после возвращения к этой линии, то есть добровольного отступления ополченцев с занятых территорий, Киев готов более жестко следовать режиму прекращения огня. При этом Украина не обозначает, что готова пойти для этого на какие-либо уступки со своей стороны. Теоретически стороны могли бы договориться о тех или иных условиях возвращения к линии разграничения от 19 сентября 2014 года после выполнения Рамочного решения о разведении сил и средств от 21 сентября 2016 года и тем самым установления устойчивого прекращения огня в регионе. Однако украинская сторона сама блокирует выполнение этого решения, не отводя ВСУ в районе Станицы Луганской.

Между тем ОБСЕ продолжает переговоры, направленные на повышение роли международной организации в урегулировании конфликта. В соответствии со своим мандатом Специальная мониторинговая миссия в Донбассе должна получить полный доступ, а наблюдателям обеспечена свобода передвижения в зоне конфликта. В результате миссия сможет более четко верифицировать соблюдение сторонами соглашения о прекращении огня и контролировать дислокацию тяжелых вооружений, которые должны быть отведены в соответствии с Минскими договоренностями. Однако в ситуации непрекращающейся позиционной войны Украина и республики рассматривают уступки ОБСЕ как ослабление своих возможностей в вооруженном противостоянии. Они полагают, что усиление роли наблюдателей сделает их более уязвимыми в отношениях с противоборствующей стороной. Так, украинские переговорщики требуют полного доступа СММ к территориям ДНР и ЛНР, а также к границе, при этом украинские военные блокируют работу наблюдателей на подконтрольных им территориях, чтобы скрыть факты непрекращающихся военных действий против ополченцев.

Министр иностранных дел Австрии Себастьян Курц добился пока устного согласия России и Украины на продление работы миссии в ночное время суток. На неделе переговоры по расширению доступа наблюдателей на Украине и в Донбассе проводили глава СММ ОБСЕ Эртугрул Апакан и заместитель главы СММ ОБСЕ Александр Хуг. В Киеве 24 января Апакан сообщил о готовящихся изменениях в работе наблюдателей в наступившем году. СММ планирует расширить географию наблюдений и увеличить присутствие своих сотрудников в «горячих» точках. В этот же день глава ДНР Александр Захарченко и Хуг договорились что со стороны республики будет поступать оперативная реакция на конкретные запросы от СММ относительно свободы передвижения наблюдателей и обеспечения локального прекращения огня для проведения ремонтных работ. В качестве «положительного знака» улучшения доступа ОБСЕ Хугом был отмечен тот факт, что во вторник, 24 января впервые сотрудники миссии смогли преодолеть расстояние около 11 километров между Дебальцево и Светлодарском до постов ЛНР.

Вместе с тем следует признать, что эти небольшие сдвижки не способны решить локальную проблему доступа и в целом сделать ОБСЕ более эффективным в минском процессе. Получение СММ доступа в зону конфликта – как к территориям республик, так и украинской части – находится в прямой зависимости от преодоления разногласий между Украиной и ДНР и ЛНР относительно того, каким образом должна быть решена проблема безопасности. Донецк и Луганск настаивают, что начало выполнения Киевом политических договоренностей приведет к улучшению ситуации с безопасностью и создаст стимулы для прекращения позиционной войны.

Украина, со своей стороны, видит решение проблемы с безопасностью в полном разоружении ополченцев при помощи полицейской миссии ОБСЕ, идея которой не находит поддержки ни в странах-членах организации, ни среди республик. 25 января Хуг и представитель ЛНР в Минской контактной группе Владислав Дейнего согласились с тем, что вооружение наблюдателей миссии на данном этапе невыполнимо. Для этого необходимо не только согласие всех стран-участников, но и внесение серьезных изменений в уставные документы организации. По словам Дейнего, «этого [вооружения СММ ОБСЕ] нет, и в ближайшем обозримом будущем это не предполагается». В итоге, пока позиции Украины и республик непримиримы, ОБСЕ придется преодолевать препятствия для выполнения своего мандата, рассчитывая, однако, лишь на локальные уступки сторон.

Заявления украинских официальных лиц дают основания полагать, что Киев намеренно искажает понимание мандата миссии ОБСЕ, на которую будет возложена функция наблюдения на выборах в Донбассе. Текущий мандат Специальной мониторинговой миссии не распространяется на выборы, которые должны состояться на неподконтрольных Киеву территориях в соответствии с Минскими соглашениями. Если украинская сторона выполнит все свои обязательства в политической части, действительно начнется процесс подготовки к местным выборам на территориях «отдельных районов» по украинскому законодательству. В таком случае «нормандской четверке» придется принять решение – либо предлагать расширять мандат действующей миссии, чтобы она занималась мониторингом выборов и оказывала помощь в их организации, либо настаивать на новой миссии, чтобы не смешивать полномочия наблюдателей.

26 января глава МИД Украины Павел Климкин дал свое разъяснение того, что Киев понимает под полицейской миссией ОБСЕ. Согласно определению министра, «полицейская миссия – это присутствие представителей ОБСЕ с вооруженным компонентом, которые должны помочь нам организовать выборы». Он добавил, что необходимо «как-то дожать Россию на эту миссию». При этом Климкин подчеркнул, что именно на вооруженную миссию ОБСЕ будет возложена как организация выборов, так и обеспечение их безопасности. Следует также напомнить, что Киев периодически требует ввести в Донбасс полицейскую миссию в качестве условия для начала размораживания политического блока Минских соглашений.

Таким образом, украинская сторона использует понятие миссии ОБСЕ, которая будет необходима для наблюдения за выборами, требует наделить эту миссию функцией обеспечения безопасности, то есть принуждения сторон, а также использовать для установления контроля над границей и разоружения ополченцев. Можно напомнить, что Россия и Германия ранее допускали возможность вооружения наблюдателей ОБСЕ, которые будут заниматься мониторингом выборов и мониторингом перемирия, но не обеспечением безопасности. Результатом такого смешения функций в одном мандате, который, как уже неоднократно отмечала Россия, не будет соответствовать ни одному из документов в рамках Минских соглашений, является непонимание требований украинской стороны ни Москвой, ни Берлином, ни Парижем. Однако следует учитывать, что на практике постоянное акцентирование внимания на полицейской миссии ОБСЕ является оправданием для заявлений Киева о том, что его требования не выполняются, а поэтому он не будет обсуждать особый статус Донбасса, выборы и амнистию.

 

Вопросы безопасности

Участники переговоров признают провал главного соглашения в сфере безопасности в прошлом году – Рамочного документа о разведении сил и средств участников конфликта в Донбассе. В соответствии с подписанными договоренностями предполагалось провести разведение на трех пилотных участках на линии разграничения – в районе Золотого, Петровского и Станицы Луганской. После этого переговорщики в Контактной группе должны были перейти к согласованию других участков. В результате успешного разведения на линии разграничения должна была появиться безопасная буферная зона, в которой исключалось бы применение сторонами стрелкового оружия. В прошлом году состоялось разведение только в первых двух пунктах. В районе Станицы Луганской из-за нарушений соглашения о прекращения огня решение о разведении так и не было выполнено. 27 января заместитель руководителя Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ Александр Хуг сообщил, что ответственность за боевые действия в этом районе лежит на обеих сторонах.

26 января СММ ОБСЕ сообщило в своем отчете, что миссия по-прежнему имеет ограниченный доступ на всех трех участках. Это прямо противоречит подписанному 21 сентября прошлого года Рамочному решению. Помимо этого, наблюдатели зафиксировали, что разминирование на всех трех участках не проводится и что с обеих сторон на них присутствует неотведенная техника. В этот же день анонимный источник в подгруппе по безопасности Минской контактной группы сообщил российскому агентству «Интерфакс», что продвижения в вопросе формирования новых зон безопасности нет и что рассмотрение этого вопроса в целом пока отложено на неопределенный срок. Исключение из повестки переговоров вопросов о разведении в районе Станицы Луганской и о согласовании новых участков означает провал главного документа в сфере безопасности, который удалось подписать в Контактной группе с момента заключения вторых Минских соглашений в феврале 2015 года. Участники переговоров, похоже, не верят в то, что прогресс в этом направлении может быть достигнут. Этот провал выглядит еще более драматичным на фоне неисполнения всех предыдущих договоренностей о прекращении огня. Неспособность сторон выполнять зафиксированные на бумаге договоренности по безопасности усиливает аргументы России о необходимости следования двумя параллельными треками – когда вопросы безопасности и политического урегулирования решаются параллельно друг с другом, расширяя тем самым пространство доверия между участниками конфликта. Вместе с тем, провал Рамочного решения также подтверждает мнение, что устойчивое перемирие может быть навязано Украине и республикам только в результате сделки больших держав – между Россией, США, Германией и Францией, – после которой последует ультимативное внешнее принуждение сторон к прекращению огня.

В отсутствии рычагов принуждения сторон к миру «ползучее наступление» украинской армии создает угрозу для возобновления крупномасштабных боевых действий. ВСУ продолжает занимать позиции в рамках линии разграничения, приближаясь к стратегически важным позициям ополченцев. По сообщениям волонтеров, украинская армия взяла Дебальцево под свой огневой контроль, вышла к Санжаровке, которая находится в 15 километрах от Дебальцево. Другие населенные пункты – Докучаевск и Горловка – находятся в «полукольце» ВСУ. Украинские силовики также «нависли» над Ясиноватой и готовы продвинуться на Енакиево. 25 января координатор Информационного сопротивления Дмитрий Тымчук заявил, что «вопрос лишь в том, найдется ли политическая воля для того, чтобы отдать последний приказ, взять «докучаевскую» группировку боевиков в «котел» и зачистить город». При этом Тымчук подчеркнул, что дальнейшее наступление ВСУ на территории республик будет нарушением Минских соглашений. О нестабильности ситуации в Донбассе говорит тот факт, что 24 января украинские силовики в районе Светлодарской дуги обстреляли позиции ЛНР в тот момент, когда там находились первый заместитель руководителя Специальной мониторинговой миссии ОБСЕ Александр Хуг, другие наблюдатели ОБСЕ и представители Совместного центра по контролю и координации режима прекращения огня (СЦКК). А 27 января представитель ОБСЕ в Контактной группе Мартин Сайдик сообщил об увеличении жертв среди мирного населения в зоне конфликта. 29 января вспыхнули ожесточенные бои в Авдеевской промзоне.

В ситуации позиционной войны вдоль всей линии разграничения нельзя исключать сценария, когда резкая эскалация в одной из точек может запустить цепную реакцию и привести к возобновлению полномасштабной войны в Донбассе, как это уже было в начале 2015 года. Поскольку стороны отказываются от прямых переговоров друг с другом, в таком случае вновь потребуется международное давление и посредничество, чтобы вернуть конфликт в состояние заморозки.

Между тем, побуждая свои войска к захвату территорий в рамках линии разграничения, Украина обвиняет Россию в эскалации конфликта. Украинские военные продолжили свои бездоказательные обвинения в том, что российская 150-ая мотострелковая дивизия, которая формируется в Южном военном округе, будет использоваться для поддержки ополченцев на территории Донбасса. В этой связи они обратили внимание на заявление, сделанное министром обороны Сергеем Шойгу 25 января. Российский министр сказал, что «военно-политическая обстановка на Юго-Западном стратегическом направлении остается нестабильной», поскольку «негативное влияние на нее оказывает прежде всего ситуация на юго-востоке Украины». Украинская сторона предложила интерпретировать эти слова как признание в подготовке наращивания возможностей российской армии в Донбассе, которые могут быть использованы в случае полномасштабной войны с Киевом. 23 января координатор Информационного сопротивления Дмитрий Тымчук также обвинил Россию в наращивании войск на границе с Украиной. Тымчук рассказал, что на восточной границе сформированы две новые армии, еще одна армия создается в Крыму. В ситуации «ползучего наступления» Киева эти высказывания можно истолковать как подготовку почвы для обвинения Москвы на тот случай, если ситуации в зоне конфликта вновь выйдет из-под контроля и вернется в состояние полноценной войны.

 

Политическое урегулирование

На неделе вопросы политического урегулирования не обсуждались сторонами. Во время заседания политической подгруппы в Минске 1 февраля главным вопросом повестки вновь станет реализация «формулы Штайнмайера», обсуждение которой блокируется Киевом. Из высказываний украинских официальных лиц, которые касаются политических вопросов Минских соглашений, можно выделить интервью 26 января «Украинской правде» министра по вопросам временно оккупированных территорий и перемещенных лиц Вадима Черныша. Министр заявил, что предоставление особого статуса Донбассу исключается. «Формула уже придумана, она прописана в Минских соглашениях. Там речь идет не об особом статусе – а об «особом порядке местного самоуправления», – сказал министр. Особый статус, тем не менее, упоминается в пункте 11 Минского комплекса мер, в котором говорится о конституционной реформе и о принятии постоянного законодательства об особом статусе отдельных районов Донецкой и Луганской областей. Слова министра можно было бы списать на незнание текста Минских соглашений, если бы не последовательные попытки украинской стороны изменить интерпретацию своих политических обязательств. Так, официальные лица в Киеве неоднократно говорили, что особый статус Донбасса ничем не будет отличаться от децентрализации, которая должна охватить все регионы Украины в соответствии с конституционной реформой, искажая тем самым суть минских договоренностей.

 

Гуманитарные вопросы

Украинские официальные лица подтверждают обязанность Киева выплачивать пенсии жителям неподконтрольных территорий. Вопрос о выполнении Киевом социальных обязательств перед своими гражданами, проживающими в ДНР и ЛНР, остается наиболее острой проблемой переговоров в Минске. В соответствии с пунктом 8 минского Комплекса мер на стороны возлагается ответственность по определению «модальностей полного восстановления социально-экономических связей, включая социальные переводы, такие как выплата пенсий и иные выплаты». Вместе с тем, 16 января кабинет министров Украины утвердил план мероприятий по реинтеграции Донбасса, в котором не упоминается возобновление выплат пенсиям жителям республик.

26 января министр по вопросам временно оккупированных территорий и перемещенных лиц Вадим Черныш в интервью «Украинской правде» признал, что пенсионеры «с неподконтрольных территорий имеют такое же право на пенсию, как и пенсионеры из подконтрольных территорий», поскольку «всю жизнь платили отчисления в Пенсионный фонд». Черныш также заявил, что государство обязано поддерживать связи с Донбассом. Министр объяснил отказ Украины выплачивать пенсии тем, что ни правительство, ни международные посредники пока не могут выработать механизм выплаты пенсий. Однако очевидно, что главным препятствием для этого является идущее вразрез с Минскими соглашениями нежелание Киева восстанавливать работу своей банковской системы в ДНР и ЛНР.

 

Экономические вопросы

Украинские власти проявили бездействие в условиях начала блокады торговли с неподконтрольными территориями Донбасса. 25 января ветераны АТО заблокировали железную дорогу Луганск - Лисичанск - Попасная и установили блокпост. Железнодорожная ветка снабжает углем Счастьинскую ТЭС, которая является единственным источником электроэнергии для всей Луганской области. 29 января второй командир батальона «Донбасс» Анатолий Виногородский сообщил, что до конца следующей недели планируется заблокировать Станицу Луганскую, а в перспективе «все проходы к Луганской и Донецкой областям». Организаторами акции стали бывшие бойцы батальонов «Донбасс», «Айдар» и «Днепр-1», в том числе депутаты Верховной Рады Семен Семенченко и Владимир Парасюк.

Украинские чиновники дали негативные оценки действиям бойцов добробатов. 26 января заместитель министра по вопросам оккупированных территорий и внутренне перемещенных лиц Георгий Тука назвал блокаду незаконной и нецелесообразной и призвал вмешаться силовые структуры. Руководитель Луганской военно-гражданской администрации Юрий Гарбуз заявил, что акция представляет угрозу энергетической безопасности страны, а ее итогом может стать прекращение поставок угля на теплоэлектростанции Центральной и Западной Украины. 27 января стало известно, что прокуратура Луганской области возбудила уголовное дело по факту блокирования железной дороги. Однако пока никаких конкретных действий по прекращению блокады украинские власти не предприняли. Следует напомнить, что секретарь Совета национальной безопасности и обороны Украины Александр Турчинов ранее давал обещания о пресечении попыток установить импровизированные блокпосты в зоне АТО с целью организации экономической блокады ДНР и ЛНР.

Однако слабая реакция властей и правоохранительных органов на пиар-акцию депутатов не только может быть истолкована как еще одно доказательство враждебности намерений Киева, но и дискредитирует само государство, в том числе в глазах международных посредников урегулирования конфликта. Украинское государство демонстрирует, что не в состоянии справиться с надлежащим исполнением своих функций (в данном случае – обеспечить безопасность и пресечь незаконные действия негосударственных акторов) даже в фактически военной зоне. Вместе с тем, для республик единственным, но важным положительным моментом блокады стало публичное признание украинскими властями того факта, что украинская энергосистема не в состоянии функционировать без угля Донбасса.

 

Позиция украинской стороны

Украина продолжает делать ставку на расширение конфронтации с Россией. После избрания президентом США Дональда Трампа украинские власти и представители «партии войны» активизировали кампанию по поиску новых поводов для конфликта с Россией. Тактика Киева состоит в том, чтобы создать критическую массу из причин, объясняющих Вашингтону и европейским партнерам, почему им следует либо отказаться от дальнейшего диалога с Москвой, а следовательно, и республиками, либо вести его с позиции силы, как пытается представить свою политику украинская сторона.

Показательным событием стали обвинения, прозвучавшие от депутата Верховной Рады Антона Геращенко и секретаря Совбеза Александра Турчинова. 21 января СБУ обнародовала информацию о задержании двух украинских граждан, которые якобы были завербованы ФСБ для убийства Геращенко. 23 января на пресс-конференции в Киеве Геращенко выступил с заявлением, что российские спецслужбы вербуют украинских граждан для совершения убийств и проведения другой диверсионной деятельности на территории Украины. Также он сообщил, что за убийством журналиста Павла Шеремета 20 июля 2016 года стоят российские силовики. Заявления Геращенко были поддержаны одним из главных украинских «ястребов» – Турчиновым. Он обвинил спецслужбы России в подготовке операции по ликвидации политических и общественных деятелей и журналистов «с целью нагнетания страха, создания хаоса и дестабилизации ситуации на Украине, чтобы сломать готовность украинцев сопротивляться военной агрессии РФ». В связи с этим Турчинов назвал Россию «центром мирового терроризма». В этот же день Администрация президента Украины мобилизовала пять фракций Верховной Рады для обращения с призывом к мировому сообществу наладить сотрудничество антитеррористических подразделений с целью оказания противодействия террористической угрозе, исходящей из России.

Основным адресатом кампании является администрация Трампа, которая изучает возможности восстановления отношений с Кремлем, в том числе ослабления санкций вне зависимости от ситуации в Донбассе. На кону для Киева стоит не только снижение давления на Россию в условиях позиционной войны в Донбассе и пересмотр параметров поддержки со стороны Запада, но коллапс всей украинской внешнеполитической стратегии последних лет. Украинским властям было достаточно акцентировать внимание своих партнеров на якобы исходящей от Москвы угрозе распространения конфликта на всю территорию страны, а затем и на страны НАТО, чтобы получать необходимую помощь, при этом сохраняя олигархический консенсус внутри страны и не торопясь с реформами. Поэтому сейчас украинская внешняя политика направлена на создание таких условий, при которых сделка между Москвой и Вашингтоном стала бы для новой администрации либо вообще политически неприемлемой (чтобы не оправдывать сотрудничество перед Конгрессом с «центром мирового терроризма»), либо весьма ограниченной и не подвергала бы риску положение украинской правящей элиты. Помимо этого, для Порошенко перед встречей с Трампом важно иметь собственный набор аргументов, которые он представит американскому президенту, чтобы объяснить, почему украинские власти не идут на переговоры с республиками и не выполняют Минские соглашения. Можно предположить, что в выборе такой тактики свою роль сыграла предыдущая администрация Обамы, которая дала совет украинскому лидеру найти как можно больше козырей перед началом контактов с Трампом.

Однако украинская дипломатия оказалась не в состоянии выдержать эту тактику до конца и на неделе публично потребовала предоставить Украине право голоса в российско-американских переговорах. 26 января заместитель министра иностранных дел Елена Зеркаль выразила обеспокоенность в связи с тем, что Трамп, пытаясь улучшить отношения с Путиным, может исключить Киев из переговоров по Донбассу. В связи с этим она заявила, что Украина должна участвовать в любых переговорах и в любой российско-американской сделке, которые касаются ее судьбы, а также вопросов Крыма и Донбасса. Высказывания дипломатов говорят о том, что украинская сторона до конца не уверена в действенности аргументов о «российской агрессии» на Трампа и что увеличение конфронтации с Москвой по широкому кругу вопросов будет способствовать будущим американо-украинским отношениям. В то время как в Москве и Вашингтоне обсуждают, что стороны могут другу друг дать в обмен на нормализацию отношений, украинская правящая элита понимает, что пока не представляет для американцев ценного актива, который не может стать разменной монетой в сделке с третьей стороной. На высказывания украинских дипломатов обратили внимание и в ДНР. И.о. министра иностранных дел республики Наталья Никонорова отметила, что Киев сам «создал прецедент и условия для решения вопросов по Украине без самой Украины», отказываясь от решения конфликта в прямом диалоге с Донбассом.

Вместе с тем дата первой встречи Порошенко и Трампа все дальше отодвигается украинскими дипломатами. Если две недели назад украинский президент заявил, что планирует встретиться с Трампом уже в феврале, то на прошлой неделе министр иностранных дел Павел Климкин сообщил, что в феврале только планирует свою встречу с представителями новой администрации во время визита в США в рамках председательства Украины в Совете Безопасности ООН.

На фоне тупика в мирном процессе и торможения конституционных реформ представители Киева вынуждены отбивать атаки в Парламентской Ассамблее Совета Европы. Даже несмотря на отсутствие России в ПАСЕ, украинским парламентариям 25 января пришлось защищать резолюцию «Функционирование демократических институтов в Украине» от поправок со стороны европейских депутатов, которые рассматривают противостояние в Донбассе прежде всего как гражданский конфликт. Украинская сторона смогла торпедировать поправку, требующую того, чтобы «проблема непредставлености в Верховной раде отдельных регионов Донецкой и Луганской областей должна быть решена как можно скорее». Резолюции ПАСЕ носят рекомендательный характер. Однако в случае принятия поправки Киеву пришлось бы оправдываться, почему он не предпринимает мер по реинтеграции Донбасса. Вместе с тем, в тексте резолюции остался ряд негативных характеристик действий украинских властей и текущего положения дел в стране. Так, в документе сказано, что ПАСЕ «выражает свою обеспокоенность по поводу заострения политического дискурса после событий Евромайдана и войны на востоке Украины, вокруг оппозиционных украинских политических сил, которых обвиняют в предательстве или экстремизме» и «призывает власти принять все меры для обеспечения плюралистической политической среды, в которой политическая оппозиция сможет полностью выполнять свои демократические функции». Особое внимание уделено сокращению прав национальных меньшинств на Украине. В резолюции особо подчеркивается, что национальные меньшинства должны сохранить возможность использовать свой язык в том случае, если украинские власти пересмотрят закон о государственном языке.

Внесение в Верховную Раду нового закона о государственном языке вызвало полярные мнения в украинском обществе и предсказуемо негативную реакцию в Донбассе. Признание Верховной Радой 23 февраля 2014 года утратившим силу закона «Об основах государственной языковой политики», который позволял придавать русскому языку статус регионального, стало одним из главных детонаторов гражданского противостояния на Украине. Сейчас сторонники построения на Украине национального государства возвращают поляризующий языковой вопрос в повестку конфликта. Обсуждение закона о государственном языке стало главным сюжетом украинской внутренней политики.

Еще 19 января в парламенте был зарегистрирован законопроект № 5670 «О государственном языке». Его авторами выступили 33 парламентария от различных фракций. Законопроект расширяет требования использования государственного украинского языка и вводит различные наказания, в том числе уголовную ответственность, за публичное унижение или неуважение к государственному языку. Депутаты требуют обязательного применения украинского языка в органах государственной власти даже во время рабочего общения, в делопроизводстве и документообороте, в судах, в высших учебных заведениях, в культурно-массовых мероприятиях, в Вооруженных силах и в других военных формированиях, в правоохранительных органах, на государственной границе. Издание печатных средств массовой информации, зарегистрированных на Украине, теле- и радиовещание также должны осуществляться только на государственном языке (по действующему законодательству требуется только 60% суточного вещания обеспечивать на украинском языке).

Законопроект не получил поддержки в украинском обществе. Критики указывали на невыполнимость многих требований и выведение из законодательного пространства языков национальных меньшинств. Также противники законопроекта указывали, что, в случае его принятия, украинские власти закроют себе путь к возвращению Донбасса и Крыма. Депутат от «Оппозиционного блока» Александр Вилкул отметил, что «провокационным законопроектом «О государственном языке» власть умышленно уничтожает перспективу возврата Донбасса и Крыма». Чтобы смягчить негативный эффект, председатель профильного парламентского Комитета по вопросам культуры и духовности Николай Княжицкий сообщил, что в настоящий момент существует три проекта закона о государственном языке и что комитету предстоит выработать компромиссный вариант. Кроме того, по его словам, вносятся предложения о законодательном закреплении местных языков.

В республиках оценили внесенный закон как конфронтационный шаг, который может привести к расширению конфликта на другие области Украины. 24 января глава ЛНР Игорь Плотницкий назвал его проявлением «велико-украинского шовинизма» и «фашистской идеологии о превосходстве одних наций над другими». Он напомнил, что республика возникла в результате борьбы за право свободно использовать русский язык. «Луганская Народная Республика была создана в результате борьбы народа Донбасса за право говорить на родном языке. У нас нет никакого сомнения, что наше противостояние в дальнейшем станет примером для населения других регионов Украины подняться на борьбу за право говорить на родном – русском языке», –отметил глава ЛНР.

Следует отметить, что законопроект противоречит как Минским соглашениям, так и текущему украинскому законодательству. Так, в примечании к пункту 11 Комплекса мер сказано, что районы с особым статусом должны иметь право на языковое самоопределение. В то же время статья 4 принятого 16 сентября 2014 года закона об особом статусе гарантирует право языкового самоопределения и свободное использование русского языка в Донбассе.

Несмотря на то, что в числе инициаторов законопроекта есть депутаты от президентского «Блока Петра Порошенко», вряд ли Порошенко заинтересован сейчас в принятии такого законопроекта. Президент хочет показать, что является «заложником» ситуации, а крепкие позиции «партии войны» и националистов требуют достройки идеологии государства. Сторонники решительной украинизации, воспользовавшись консолидацией граждан вокруг внешней политики, решили установить новое статус-кво между государственным языком и языками меньшинств в расчете на то, что их инициатива найдет поддержку большинства граждан, которые видят в России причину конфликта в Донбассе. Однако риски дестабилизации ситуации в стране в случае принятия закона не просчитаны ими до конца. Порошенко, видимо, придется оправдываться перед международными партнерами в том, что он не может влиять на депутатов и не собирается торпедировать с помощью новой волны украинизации мирный процесс. Поэтому велика вероятность того, что либо законопроект будет принят в сильно переработанном виде, либо положен под сукно под давлением Администрации президента.

 

Позиция республик

Среди событий в республиках можно выделить вхождение 23 января представителей ДНР в состав Международной конфедерации профсоюзов работников строительства и промышленности строительных материалов стран СНГ. Члены конфедерации профсоюзов единогласно проголосовали за принятие в свой состав ДНР и исключение украинской делегации. Председатель профсоюза работников строительства и промстройматериалов ДНР Сергей Пономарчук также был избран членом Совета конфедерации с правом совещательного голоса. Данная организация существует с 1992 года и охватывает 2 миллиона членов из 11 отраслевых профсоюзов стран СНГ. Поскольку республики не обладают признанным статусом, такие символические события имеют для них большое значение в контексте отстаивания своей политической субъектности. ДНР и ЛНР проводят политику, направленную на расширение пространства своего признания, пусть пока за счет негосударственных акторов.

 

Позиция заинтересованных стран

Состоялась плановая смена переговорщиков в минском процессе. Во-первых, 26 января официально был подтвержден уход помощника госсекретаря США по делам Европы и Евразии Виктории Нуланд, которая курировала переговорный процесс в Донбассе со стороны американцев. Позицию Нуланд сейчас временно занимает бывший посол США в Армении с 2011 по 2014 годы Джон Хефферн. Решение о том, кто будет занимать место Нуланд на постоянной основе, примет уже будущий госсекретарь Рекс Тиллерсон, который еще должен пройти через голосование в Сенате. Остаются вакантными и позиции помощников, отвечающих за Россию и Европу в аппарате Совета по национальной безопасности. Конфигурация внешнеполитической команды Трампа и то, как будут распределяться полномочия между Белым домом, аппаратом Совета по национальной безопасности и Госдепом, остаются неясными. Кроме того, на свое право вето в конфликте в Донбассе претендует Конгресс, что усложняет прогнозирование будущей позиции Вашингтона. Республиканцы в Сенате и Палате представителей заявили, что в том случае, если президент Трамп смягчит или отменит санкции в отношении России в ущерб интересам Украины, они совместно с демократами введут санкции на законодательном уровне, что не позволит главе государства отменить их. Сейчас санкции наложены президентским указом и Трамп может отменить или пересмотреть их простым росчерком пера, как и другие указы Обамы. Поэтому, скорее всего, политика США в отношении России и Украины будет результатом более сложного компромисса внутри американской системы власти, чем в рамках администрации Обамы и администрации Буша-младшего.

Во-вторых, 26 января пост главы МИД Германии покинул социал-демократ Франк-Вальтер Штайнмайер. 12 февраля он примет участия в выборах президента ФРГ. Новым министром иностранных дел стал также представитель социал-демократической партии Зигмар Габриэль. У России есть некоторые основания полагать, что он будет делать больше конкретных шагов для налаживания диалога с Кремлем. 23 августа 2014 года Габриэль в интервью Die Welt сказал, что «стабильная концепция федерализации» является единственным путем мирного урегулирования в Донбассе. А в марте 2016 года он заявил о необходимости создания условия для отмены санкций против России. Его политическую карьеру связывают с бывшим канцлером Герхардом Шредером, который до сих пор находится в тесных отношениях с президентом Владимиром Путиным. Кроме того, социал-демократы наверняка сделают объектом критики внешнюю политику Ангелы Меркель во время избирательной кампании в этом году, занимая более конструктивную позицию в интересах немецкого бизнеса. Однако в силу коалиционного характера правительства в Германии и того, что слово Меркель является определяющим в отношении России в правительстве, Габриэль, по крайней мере на уровне публичной риторики, будет следовать линии своего предшественника. 28 января на совместной пресс-конференции с главой МИД Франции Жан-Марком Эйро Габриэль подчеркнул, что позиция Берлина и Парижа по России и Украине остается общей и что отмена санкций связана с выполнением Москвой Минских соглашений. Шансы на изменение вектора внешней политики Берлина могут появиться только в случае ухода Меркель с поста канцлера после выборов 2017 года и, соответственно, прихода социал-демократов в коалиции с «зелеными» к власти.

В конце недели, 28 февраля прошли первые телефонные переговоры между Дональдом Трампом и тремя участниками «нормандской четверки» – Ангелой Меркель, Владимиром Путиным и Франсуа Олландом. Наибольшее внимание было приковано к переговорам президентов России и Соединенных Штатов. Свою роль сыграли распространяемые в американских СМИ слухи о подготовке в администрации Трампа указа о смягчении санкций в отношении России. Обнародованные для прессы итоги переговоров по традиции содержат весьма скупую информацию. Пока непонятно, были ли достигнуты какие-то конкретно договоренности, кроме согласия продолжить и расширять контакты, которые начнут проявлять себя в ближайшее время. Однако, судя по комментариям Кремля и Белого дома, Москва и Вашингтон были удовлетворены результатами переговоров. Американцы заявили, что «положительный звонок стал существенным началом улучшения отношений между США и Россией, которые нуждаются в восстановлении». В ходе телефонного разговора президенты «затронули» основные аспекты кризиса на Украине и договорились «наладить партнёрское сотрудничество по всем этим и другим направлениям». Хотя, по словам пресс-секретаря российского президента, лидеры не обсуждали санкции, Путин и Трамп подчеркнули «важность восстановления взаимовыгодных торгово-экономических связей между деловыми кругами двух стран, что могло бы дополнительно стимулировать поступательное и устойчивое развитие двусторонних отношений». Для конфликта в Донбассе эти слова имеют наибольшее значение. Можно сделать вывод, что вопрос о смягчении санкций в отношении России вне зависимости от хода выполнения Минских соглашений действительно рассматривается в Вашингтоне. Если реальный шаг в этом направлении будет сделан, это может в корне изменить логику переговорного процесса и отвязать его от бездействия Киева.

Лидеры Германии и Франции в переговорах с Трампом подчеркнули, что именно они сейчас являются главными сторонниками продления санкций и оказания дальнейшего давления на Россию. Меркель и Олланд сигнализируют, что хотят придерживаться прежнего курса в отношении России и Украины. Так, Олланд сказал Трампу, что «санкции, наложенные из-за ситуации в Украине, могут быть сняты только тогда, когда ситуация на востоке страны будет урегулирована с полной реализацией минских соглашений». Трансатлантический конфликт между США и европейскими партнерами по «нормандской четверке» только начинается. Пока неизвестно, насколько далеко готова зайти Европа в своей готовности помешать нормализации отношений Москвы и Вашингтона. Однако Россия может найти для себя дополнительные дипломатические возможности, аккуратно маневрируя, используя разногласия внутри Запада и ожидая результатов выборов во Франции и Германии, которые могут существенно изменить понимание и подход к решению конфликта в Донбассе.

 

Фото:  AP/TASS/Andrew Harnik

__________

Читайте также:

Другие материалы раздела
Популярные материалы