ENG

Уйти нельзя остаться

Риски и страхи россиян в связи с возможным уходом В. Путина с поста президента

Старт конституционной реформы активизировал обсуждение сценариев транзита власти и политического будущего президента Владимира Путина.

Несмотря на доминирование в информационной повестке интерпретаций о том, что В.Путин так или иначе останется во власти и после 2024 года, глава государства дал несколько сигналов, которые были интерпретированы таким образом, что он не планирует оставаться в кресле президента навсегда, и что предложенные им поправки в Конституцию РФ не направлены на продление нынешнего срока полномочий.

В.Путин остается самым популярным политиком в стране, который не имеет конкурентов, способных заменить его или бросить ему реальный вызов. Он четыре раза выигрывал президентские и один раз парламентские выборы во главе списка «Единой России», при этом три президентские кампании из четырех (2004, 2012 и 2018 годов) и парламентские выборы 2007 года были выиграны с подавляющим преимуществом.

В политическом дискурсе и общественном мнении В.Путин стал олицетворением внутриполитической стабильности и Системы власти как таковой. Представление о безальтернативности В.Путина как лидера современной России часто описывается как одно из важнейших условий нормального функционирования «государства Путина».

Вероятный уход В.Путина с поста президента и из власти в целом актуализирует вопрос об отношении к этому событию российского общества, а точнее — о тех страхах и рисках для будущего страны и своего личного будущего, которые россияне связывают с решением нынешнего президента, когда и если оно последует.

Опросы общественного мнения показывают, что более половины от всех участников фокус-групп считают, что в связи с уходом В.Путина ситуация в стране ухудшится, в то время как менее четверти опрошенных полагают, что уход В.Путина не повлияет на ситуацию в стране, и лишь каждый десятый придерживаются мнения, что ситуация в стране улучшится.

Для понимания того, какие именно риски/страхи присутствуют в сознании граждан России в связи с возможным уходом В.Путина с поста президента и из политики в целом, Центр политической конъюнктуры провел исследование на основании четырех фокус-групп в Москве, Перми, Волгограде и Иркутске 29 января 2020 г.
 

ОСНОВНЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

 

Основной вывод, который можно сделать на основании анализа фокус групп, — риски/страхи, связанные с вероятным уходом Путина с поста президента, актуализированы и отчетливо выражены в сознании россиян.

При этом страхи усиливаются предположением, что действующий глава государства может не только покинуть свой пост, но и вообще уйти из политики.

Участники фокус-групп разделяют мнение, что перемены, к которым приведет это событие, могут носить негативный и всеобъемлющий характер, затронув жизнь каждого гражданина.

В исследовании риски/страхи разделяются на три группы в зависимости от их выраженности и упоминания в ходе проведения фокус-групп. Это наиболее выраженные риски/страхи, которые понимаются участниками фокус-групп как самые острые и болезненные по своим последствиям, средне выраженные и периферийные, или наименее выраженные, риски/страхи, которые меньше всего актуализировались в ходе проведения исследования.

1. Наиболее выражены риски/страхи обострения борьбы за власть в стране и передела собственности, потери авторитета России в мире, утраты преемственности власти, снижения социальных обязательств государством и отмены национальных проектов. Как видно, данные риски носят и внутриполитический, и внешнеполитический характер.

2. К числу средне выраженных рисков/страхов относятся риски обострения межнациональных конфликтов и усиления сепаратистских настроений, в том числе на Кавказе, рост коррупции и нарастание угрозы враждебных действий со стороны иностранных государств, прежде всего США.

3. На периферии внимания находятся риски/страхи существенного ухудшения экономической ситуации в стране, снижения обороноспособности российской армии, ущерба для бизнеса в результате отмены контрсанкций, олигархического реванша, острого гражданского конфликта и развязывания войны со странами НАТО.

В качестве факторов, ослабляющих или смягчающих упомянутые риски/страхи, в сознании граждан выступают:

• предположение о том, что действующий президент на самом деле не планирует уходить из власти после завершения срока полномочий в 2024 году («Не уйдет никогда»);

• представление, что даже в случае ухода с поста Президента он останется главным действующим лицом в политической системе («Вспомним, как с Медведевым было, все равно Путин главный был», «Просто в тени будет», «Он будет „ночным президентом“ России», «Далеко не уйдет»);

• мнение о том, что внесение поправок в Конституцию позволит действующему президенту остаться у власти («Он сейчас так поправит Конституцию, что не уйдет от власти»).

Результаты исследования обозначают для Кремля важную политическую и одновременно психополитическую проблему. Не только уход В.Путина из власти, но и уход В.Путина с поста президента с переходом на новую позицию должен сопровождаться довольной сильной компенсацией для российского общества.

Кремлю придется создать для граждан такую смысловую рамку интерпретации решений власти, которая позволит им смириться с изменением роли В.Путина в политической системе (или его самоустранением из нее) и при этом сохранить доверие к Системе власти в целом и к ее новым акторам и лидерам, то есть сохранить легитимность. Это вопрос не столько кадров и их продвижения, сколько идей и смыслов.

 

ГЛАВНЫЕ РИСКИ В СВЯЗИ С ВОЗМОЖНЫМ УХОДОМ В.ПУТИНА

 

Первый риск — обострение борьбы за власть между различными политическими силами и новый передел собственности.

Высокая оценка данного риска связывается участниками фокус-групп с несколькими факторами:

• понимание ключевой роли личности В.Путина в сохранении стабильности в стране («Страна держится на личности», «В стране установится бардак, беспорядок», «Путин показал себя гарантом стабильности, неизвестно что будет, когда он уйдет»);

• ожидание обострения борьбы элит в случае ухода действующего президента («Борьба между „башнями Кремля“, различными ведомствами»);

• представление о том, что крупный бизнес захочет реализовать свои интересы в условиях перемен («Само собой ... кость такая достанется, собаки будут драться за нее между собой», «Сразу все чиновники поменяются, все места поменяются», «Распродажа России»);

• наличие оппозиции и вероятным неустойчивым положением партии большинства после ухода В.Путина («Зюганов, Жириновский, Явлинский, будет куча мала», «Единая Россия», партия власти развалится, и все заходят кусок побольше урвать, делиться, кусаться будут«, «Грызня начнется»);

• наличие негативного исторического опыта в стране («Это всегда так было, история уже много раз показала»);

• отсутствие достойного преемника («Не вижу преемника, я не вижу преемника, который бы стал вместо Путина президентом», «Какой бы он ни был хороший, плохой, вместо него, я не представляю, кого бы можно было поставить»).

Кроме того, участники фокус-группы высказывали опасения, что зарубежные страны могут оказать негативное влияние на нового президента («Можно надеяться на человека, и он будет обещать вести твоё дело до конца, твои идеи воплощать и так далее. Кто знает, что он сделает после того, как станет Президентом? Вот кто уверен в этом? Что человек не изменится, не купит его Америка за какие-то миллиарды, за 5 островов и так далее?»).

Второй риск — снижение социальных обязательств государством/отмена национальных проектов.

Участники фокус-групп указывали на большую персональную роль В.Путина в существенном расширении мер социальной поддержки граждан и подчеркивали риски принятия новой властью решения о дефолте по ряду социальных обязательств («Есть вероятность, что отменят маткапитал», «Доплаты на детей с 3 до 7 лет могут отменить, скажут, что это невыгодно, что это не надо», «Большинство программ свернется, потому что все это со скрипом идет, Президент постоянно всех пинает и, если воли этого человека не будет, все плачевно закончится», «Будет ухудшение благосостояния людей»).

Также проявлялась неуверенность в том, что новый президент будет ориентирован на продолжение текущей социальной политики («Другой человек может быть в корне не согласен [с существующими социальными программами]», «Новая власть будет менять бюджет, уменьшать расходы», «Скажут: это Путин вам обещал, а мы — нет», «В ситуации нестабильности государство скажет: „А нет денег у нас“», «Этого все боятся. Если пойдет „раздрай“ в правительстве и ухудшится экономическая ситуация, то улучшать её будут за счет налогов»).

Третий риск — потеря авторитета России в мире и даже угроза внешнеполитических поражений.

Участники фокус-группы особенно отмечают высокий авторитет В.Путина в мире и допускают отсутствие сопоставимых личностных качеств у нового главы государства («Путин не на последнем месте в мире, держится на высоком уровне, к нему прислушиваются», «Другой придет, иностранцы подумают: «Это хорошо, с ним мы справимся», «Нас начнут душить сильнее», «Потому что у Путина такой авторитет сильный. Он олицетворяет страну, он уйдет, а что будет со страной? Такое мнение, мне кажется, у стран других»).

Среди факторов также важное место занимают вероятные поражения во внешней политике. В первую очередь в Крыму и на близлежащей периферии постсоветского пространства («Крым могут заставить отдать» (при этом уточняют — «добровольно не отдадим — будет война», «Сначала сменят власть в Белоруссии и Казахстане, а потом и до нас доберутся», «НАТО приблизится к границам», «Нас начнут душить сильнее»).

Четвертый риск — утрата преемственности власти.

Под утратой преемственности власти участники фокус-групп понимали прежде всего отказ преемника от курса В.Путина («У нового человека может быть другая позиция, начнет со своей „колокольни загибать“ и свои законы вводить», «У него свои будут планы, все по-другому будет», «Курс Путина не будет продолжать»). Этот риск в наибольшей степени отмечается лоялистами.

 

 

 

 

 

РИСКИ СРЕДНЕЙ ВЫРАЖЕННОСТИ

 

Риски обострения межнациональных конфликтов и усиления сепаратистских настроений.

Участники фокус-групп считают, что такие риски присутствуют на Кавказе и в других национальных республиках. В частности, отмечалась зависимость стабильной ситуации на Кавказе от личных отношений между В.Путиным и главой Чеченской республики Рамзаном Кадыровым («У Путина с Кадыровым все хорошо, хорошее взаимопонимание, из „боевиков его вытащил“ и восстановил город», «Путин договорился лично с Кадыровым», «Если придет новый человек, то какие там отношения будут, их же надо налаживать») и от дотаций со стороны федерального бюджета («Если дань платить не будем, на Северном Кавказе расстроятся», «Если Путин уйдет, перестанут деньги туда поступать и всё»).

В целом граждане высказывают довольно выраженные опасения относительно того, что в России продолжают существовать нерешенные межнациональные конфликты, которые могут перейти в фазу эскалации («Россия — большая страна и у нас очень много нерешенных конфликтов даже если сейчас все хорошо», «Люди в Чечне до сих пор национально настроены», «Когда в Татарстане поднимался вопрос о независимости, только когда Ельцин отдал им все ресурсы, нефть — они остались в составе России, все эти вопросы опять возбудятся»).

Допускаются и риски активизации на Кавказе агентов международного терроризма и зарубежных государств («Мировой терроризм начнет поднимать голову в сторону Чечни, новая власть спуск даст или США туда залезет»).

Риск роста коррупции.

Участники фокус-групп перечислили такие факторы, как активизация попыток заинтересованных лиц купить места во власти («Все будут пытаться должность купить в новой власти»), ослабление контроля со стороны силовиков («[Путин] вроде это [правоохранительные органы] придерживает», «Он сейчас достаточно сильно контролирует этот блок, он сам оттуда вышел», «Меньше коррупционных дел будут возбуждать»), а также приход к власти новых элит, стремящихся к обогащению («Сменится власть, старые воровали, придут новые, и старые и новые будут воровать», «[Коррупция] будет раздуваться до невообразимых размеров»).

Риски нарастания угрозы враждебных действий со стороны США.

На фокус-группах отмечается высокая приоритетность для В.Путина защиты страны на международной арене, в первую очередь — от США («Единственный большой плюс Владимира Владимировича в том, что наша страна защищена от внешних угроз, которые сыпятся с Америки», «Если бы не Путин, нас бы уже не было», «Если Путин уходит, то Америка почувствует себя более свободной», «Америка платит за то, чтобы устроить дестабилизацию», «Может пойти по украинскому варианту»).

Высказываются и страхи непредсказуемых действий со стороны США, для которых Путин выступает сдерживающим фактором («Я боюсь американцев, реально их боюсь, потому что их власть она безумная»).

 

ПЕРИФЕРИЙНЫЕ РИСКИ

 

Риски существенного ухудшения экономической ситуации в стране.

Среди главных факторов данного риска участники фокус-групп перечисляют:

• экономическую зависимость России от других государств («Наша страна очень сильно зависит от политики других государств, сменится власть — все скажется на рынке, на рубле ... плохо будет и бизнесу, и людям»);

• вероятность торможения экономики в ситуации борьбы за власть («Экономика может падать из-за начавшейся борьбы за власть», «Пока за кость будут драться, экономикой некому будет заниматься»);

• падение роли России как экспортера оружия («Они ведь не только для обороны создают эту мощь, они ведь создают это для продажи и получается, что они продают, и все эти деньги вкладываются в экономику. Есть ведь вероятность, что, если он уйдет, продажи понизятся, и все эти деньги, они уйдут из экономики»).

Риски снижения обороноспособности России.

Участники фокус-групп отмечают фактор личной вовлеченности В.Путина в укрепление обороноспособности страны («Военная мощь упадет, мне кажется. Вот с армией что связано, ведь он поднял армию, поднял. Танки ведь делаем? Делаем. Самолеты делаем? Делаем. Подводные лодки делаем? Делаем. Он уйдем и, мне кажется, это опять пойдет на нет»).

Среди других периферийных рисков/страхов также упоминались:

• ущерб для бизнеса в случае отмены контрсанкций («Сельское хозяйство пострадает»);

• возможность олигархического реванша («Только бизнес увидит щелочку — сразу устремится. Будут покупать новую власть», «К власти может прийти Васька Пряников и куча других мальчиков, которыми легко будет манипулировать, «Те [олигархи], которые здесь остались, они затаились, а есть те, которые в Лондон уехали»);

• возможность острого гражданского конфликта («Будут народные волнения», «Бунт населения»);

• вероятность войны со странами НАТО («Путин старается все решать мирным путем. Другой бы на его месте уже войну бы начал»).

English version of the report

Другие материалы раздела
Популярные материалы